«Если возникнет необходимость, и я буду видеть, что это наилучший вариант, я буду говорить на русском… И пускай меня простят специалисты, из меня можно выдавить какие-то фразы на французском, но для этого нужна какая-то критическая ситуация», — сказал Ринкевич. По его словам, это ни в коем случае не будет означать приуменьшение роли латышского языка… «Латышский язык — главный. Но знаете, когда я иной раз слышу клич Atkrievisko Latviju!, я бы сказал по-другому — Latvisko Latviju. И тут уже немного другая, более позитивная коннотация».

