Dr.art Раффи ХАРАДЖАНЯН размышляет:
Известный рижский мастер, воспитанный в Латвийской Художественной академии Каруш Акопян, которому в прошлом году могло исполниться 90 лет и которого нет уже с нами 35 лет, его дочь Лена, член Союза художников Латвии и ее дочь Астри — на самом деле Астхик, что с армянского переводится как «Звездочка» — представили в рижском зале Союза художников почти 70 образцов своего творчества. Много! Выставка называется “Century lines” («Строки веков»). Ее открыл председатель Союза художников Латвии Игорь Добычин.
Из того, к чему прикоснулись руки Каруша мы видим 11 лепок из шамота, помеченных 1979-м годом, три крупные настенные чеканки (1980), которые объединены общим названием «История Армении», а также 24 графические работы, дающие особо полное представление о замечательном Мастере, которому для того, чтобы убедительно «высказаться», доставало всего нескольких цветов, нескольких красок. А, скажем, для удивительно выразительного листа, озаглавленного «Жертвоприношение», ему хватило всего двух: черной и белой. Но также потребовались особе и даже изысканные линии. У него они были таковыми. Поразительно, насколько в работах Каруша, более, чем прекрасно владевшего европейской техникой своего труда, сохраняется национальный дух, насколько они армянские. Не просто внешне, а в своей сути! И сколь тонко он передает приметы ритуальности, обрядовости и связанные с ними чувства простых обывателей — а ведь создавались эти графические картины в советское время с его многочисленными «нельзя».
Лена Акопян, уже много лет проживающая в Норвегии (как и ее дочь), но хорошо помнящая латышский язык и разговаривающая также на армянском, представила на суд зрителей 26 работ, что в основном созданы в последние четыре года — только три вещи датированы уже дальним теперь 1997-м годом. Лена, отменно владея ремеслом, отдает должное как обычной графике, так и ее нынешней активно развившейся ветви — дигитальной. Ее работы — они сделаны скорее, скажем так, в некоем условном скандинавском стиле, как мы себе его представляем, — не так уж просты для восприятия. В них причудливо соединяются обыденное и фантастичное, необычно воспринятое и отраженное. Порой — отраженное в буквальном смысле. Несложно сообразить, что эти работы — во многом плод многодневных размышлений художницы на тему, которую еще 1963-м году сформулировал в названии собственного популярного фильма кинорежиссер Стэнли Кубрик: «Этот безумный, безумный, безумный, безумный мир».
Как смотрится творчество самой молодой участницы вернисажа, Астри? Она, можно сказать, «поскупилась»: обнаруживаются лишь три ее работы. Но и они, что и говорить, наполнены выдумкой. В них заметны неожиданные ракурсы видения и, несомненно, есть внимание к теме «человек и окружающая среда».
Остается ответить на совсем непростой в данном случае вопрос: объединяют ли некие черты творчество трех людей одной семьи, трех личностей, избравших профессией сферу изобразительного искусства? Пожалуй, да. Можно назвать несколько общих для них моментов. В том числе: пристальность (аналитичность?) взгляда на отображаемый объект, тяга к метафоричности, к поэтическому обобщению, определенная аскетичность в средствах выражения и точность их отбора. И, наконец, это возможность, которая «вручается» зрителю: фантазируйте, домысливайте, фантазируйте вместе с нами.
Выставка открыта до 22 июля.
karap.lv 