Александр Мельман: «И вот мы встретились. Квартира в «сталинском» доме на Войковской, не очень убранная. Открыл человек, упавший духом. «Это гениально», — сказал я ему. — «Я больше ничего не пишу», — ответил он. И вот тут я сломался: как? почему? так не должно быть! Такой Мастер, а его никто не знает. Он живет почти как отшельник. Сидит дома, никуда не ходит. Сидит и читает. Но ничего не пишет. Так не должно быть!»

