«Уже перед самой выпиской из Бакулевского вижу сон. Вхожу я в кабинет Леонида Ильича Брежнева (в жизни я его ни разу не видел, только по телевизору). Сажусь и курю.
Входит Леонид Ильич и говорит:
— Микаэл Леонович, если вы хотите курить в моем кабинете, не курите «БТ». Я курю «Беломор».
— Так у меня нет «Беломора», — отвечаю я.
Тут в кадре появляется какой-то Швейк:
— Дайте трешку, я сейчас сбегаю напротив, принесу.
На этом месте я просыпаюсь. «Что за сон?» — удивляюсь. Никогда не думал о Брежневе. Через три дня мне присуждают Госпремию. За «Иронию судьбы…».
А через неделю сообщают, что мне еще и премию Ленинского комсомола присудили. Я был убежден, что не получу. Ни ту, ни другую. Это была очень странная история. По всем правилам я не должен был ничего получить. Дело в том, что Союз композиторов на запрос ЦК комсомола по поводу «Семнадцати мгновений весны» и вокального цикла на стихи Светлова ответил категорическим отказом. Было отправлено письмо, в котором они писали, что вообще-то Таривердиев замечательный композитор, но это отнюдь не лучшая его музыка. С другой стороны, Союз композиторов возражал категорически против моего выдвижения на Госпремию за «Иронию судьбы…». Потому что это кино, а прецедента с присуждением премии за музыку к кино еще не было. И вообще, за все, что связано с музыкой, отвечают только они, и выдвигают тоже только они. Рязанов пришел в ярость. Эльдар включил меня в список, несмотря ни на что. Он потом всем говорил: «Как Карфаген должен быть разрушен, так и Таривердиев получит премию». Секция по музыке проголосовала против. Но на пленарном заседании, как мне говорили, вопрос обо мне даже не стали обсуждать и премию присудили. Узнал я об этом от Роберта Рождественского. Он позвонил мне утром. Настроение у меня — поганое.
— Старик, поздравляю.
— С чем?
— С Госпремией.
— Да иди ты… — Помню точно, что я грубо выругался.
— Другой бы спасибо сказал, — обиделся Роберт.
Но я был абсолютно уверен, что этого не может быть, а он меня разыгрывает.
Когда же я узнал о премии Ленинского комсомола, то я поначалу жутко разозлился. Дело в том, что вокальный цикл на стихи Михаила Светлова «Песни старых комсомольцев» исполняли Беседина и Тараненко. Этот цикл я посвятил памяти моей матери. Она любила Светлова: то, о чем говорится в строках Светлова, — это была ее жизнь. Так вот этот цикл с успехом исполняли Галя и Сережа. Я считал несправедливым, что они премию не получили. И чувствовал себя неуютно. Даже хотел отказаться. Но потом, не зная, какой будет сумма премии, но в расчете на нее, подарил Сереже хорошее пианино, а Гале дал деньги на хорошую гитару. Каково же было мое удивление, когда сумма премии оказалась намного меньше, чем цена подарков! Но я был доволен. Я вообще люблю дарить подарки.
Если говорить честно, то на всем моем кинематографическом пути вот так за меня дрался только один человек. Эльдар Рязанов»
Микаэл Таривердиев «Я просто живу», глава «Корабль дураков»
Публикация Tariverdieva Vera.
karap.lv 