Шарль Азнавур впервые пересек границу СССР в 1963 году. Помню ошеломляющее впечатление от его концерта в Большом зале Армянской филармонии (теперь – «Арам Хачатурян»). Стоит на сцене небольшого роста человек, абсолютно свободный, раскованный. Как у себя дома. Хочет – снимает пиджак, хочет – разговаривает с публикой… Тогда это было очень непривычно.
Советская цензура не дремала, потребовала на проверку тексты всех его песен. Азнавур категорически отказался. Обосновал это так: во-первых, в его песнях нет ничего политического и все они неоднократно звучали по французскому радио. За исключением одной – «После любви». А во-вторых… Во-вторых, «ваши слушатели все равно ничего не понмают по-французски». Обошлось, убедил! Второй раз ему пришлось убеждать в московском Зале им. Чайковского. На сцену ему выкатили… пианино. Азнавур показал на стоящий в углу рояль «Steinway»: «Хочу этот!».
— Нет. Этот нельзя, он для теноров!…
— Ну что же, у вас будет рояль, но не будет меня.
Р.Х.
karap.lv 