фото: forum.hayastan.com
Композитора Худояна паспортным именем Адам помпезно величали лишь с концертной сцены, для которой он более всего любил сочинять отмеченные выразительностью виолончельные опусы. Или на филармонических афишах. Или, что случалось реже, на обложках нотных изданий. Во всех иных ситуациях к нему, прежде всего в Армении, обращались по-простому: Адик. Или Адик джан. Он был не только талантлив, но и чрезвычайно динамичен в обыденной жизни. Невелик росточком, был подвижен и шустр, был доброжелателен, улыбчив и остер на язык. А также, на что нельзя было не обратить внимание, великолепно рассказывал анекдоты. Эксплуатируя это умение, он просто сыпал ими. А еще крайне любил обниматься-лобызаться. ..Не с каким-то избранными, а практически со всеми. Со всеми, кого знал хотя бы чуточку. Или был ему минуту назад представлен. Не важно – женщина или мужчина. Целовался он со всеми. Если посмотреть критически, то, можно сказать, с кем попало. Восторженный был товарищ. Человеколюб!
В Союзе композиторов Армении его утвердили на посту руководителя Иностранной комиссии. Учитывая тогдашнюю закрытость границ страны Советов и ограниченность контактов с «забугорниками», а тем более представителями интеллигенции, то пост можно назвать сильно ответственным! Среди поставленных перед Адик джаном важнейших задач были такие: с непременной улыбкой – она должна была наличествовать хоть днем, хоть ночью – встретить приехавших гостей-коллег, в меру развлечь их показом творчества коллег и – большей степени — местных достопримечательностей, согреть сердечным приемом, включавшим потребление разных деликатесов (бастурма, например, ох, как хороша!) и легендарного армянского коньяка. А также позабавить иностранцев веселящими душу россказнями. Разумеется, никто не сомневался, что руководитель комиссии при всем этом не лишит себя и радости целоваться-обниматься с каждым из прибывших в южную республику, что усилит необходимый оттенок теплоты и дружественности.
Адик джан обычно возил прибывших в республику музыкальных деятелей к руинам храма Звартноц (на армянском: Զվարթնոց, то-есть, храм Бдящих Сил, храм Небесных Ангелов) — великолепному образцу раннесредневековой национальной архитектуры. Храм расположен близь Еревана и рядом с некогда существовавшей армянской столицей Вагаршапат (Эчмиадзин), фасады его занимательно украшены резьбой на камне: орнаментами и изображением гроздьев граната и винограда. Всю эту зачаровывающую красоту можно приметить и нынче.
По устновленному им самим обряду, Адик — джан разводил огонь и, затем, уже на углях изготавливал шашлык. Им он потчевал визитеров прямо на храмовых плитах, — некоторые из них в советские времена были разбросаны-разшвыряны как попало («ушедшая эпоха»). Когда, гостям-европейцам в паре слов сообщали о том, где они пребывают и сколько веков камням, на которых хлебосольный Адик устроил пиршество, разложив на них источающее аромат сочное жаркое, те в ужасе вскакивали: «Это же святотатство, как можно так запросто, по панибратски относиться к дошедшему до нас культурному наследию!?». Но когда через несколько месяцев та же сцена повторилась с индийцами, те, получив информацию о строении, лишь… повнимательнее вгляделись в архитектурный шедевр. Нация древняя, она по своему и по-свойски вобрала в себя свидетельства старины другой нации.
До чего характерно: история народа, степень ее протяженности сильно воздействуют на ментальность!
karap.lv 