karap.lv

31 марта  в Киле (Германия) состоялся вечер бокса берлинской промоутерской компании Sauerland Event, главным боем которого был поединок нашего соотечественника,  экс-чемпиона мира в среднем весе Артура Абрахама с боксером из Польши Петром Вильчевским.  По данным немецкого телеканала ARD, трансляцию боя Абрахам-Вильчевский посмотрели 4,66 млн жителей Германии.  Это  19,9 % телезрителей страны! Наставник польского спортсмена Анджей Гмитрук признался, что «Абрахам великий боксёр. Он может вновь стать чемпионом мира». Вашими бы устами, г-н Гмитрук. Подробнее об Артуре Абрахаме ( настоящее имя спортсмена Аветис Абраамян) можете прочитать в интервью, взятом нами  из газеты «Спорт–Экспресс».

Интервью с Артуром Абрахамом

В тот вечер 23 сентября прошлого года миллионы немцев прильнули к телевизорам. Однако досмотреть до конца бой за звание чемпиона мира по версии ІBF в среднем весе между Артуром Абрахамом и Эдисоном Мирандой смогли далеко не все. У многих просто не хватило на это душевных сил.

Дело в том, что во время одной из атак соперника Абрахам получил двойной перелом челюсти, но продолжил бой. Боль была жуткая, рот у боксера не закрывался, по подбородку струился ручеек крови, а противник так и норовил вновь ударить по распухшей щеке. Но тем не менее Артур выстоял — и победил.

Храбреца тут же беззаветно полюбила вся Германия. Сводки о состоянии его здоровья после срочной операции, сделанной сразу по окончании боя, передавали по всем телеканалам. Даже сейчас, девять месяцев спустя, Абрахама в любой немецкой аудитории встречают овациями. Тут он немного смущается, но почти сразу улыбается — широко и естественно. Будто и не вживили хирурги в его челюсть две титановые пластины.

ТВОРЧЕСКИЙ ПСЕВДОНИМ

— Наверное, к жизни с «металлоконструкциями» в челюсти надо привыкнуть? — спросил Артура корреспондент «СЭ».
— Да. В аэропорту, например, они порой звенят. Из-за этого приходится возить с собой рентгеновские снимки, на которых пластины четко видны.

— И как реагируют на «контрабанду» сотрудники служб безопасности?
— По-разному. В Шереметьеве, например, с пониманием. После того как предъявил снимки, мне сказали: «Извините за причиненные хлопоты. Хорошего полета». Правда, чуть позже, когда я уже прошел контроль, услышал сзади: «Так ведь это тот самый боксер…» Видимо, кто-то из работников аэропорта видел мои бои — их показывали по одному из российских каналов.

— Титан в челюсти на всю жизнь?
— Нет. Когда будет время, пластины удалю. Надо только, чтобы пауза между боями была большая.

— Вас зовут Аветик Абрамян. Почему в Германии выступаете как Артур Абрахам?
— Это, так сказать, творческий псевдоним.

— Недавно вы получили немецкий паспорт. Армянский оставили?
— Разумеется. У меня двойное гражданство.

— А почему выступаете под германским флагом?
— Немцы потратили огромные деньги, сделали из меня большого боксера, чемпиона мира. Кроме того, у меня контракт, и я далеко не всегда могу делать все то, что хочу.

ЧЕТЫРЕ МИНИСТРА

— После того как завоевали чемпионский пояс, вы побывали в Армении…
— Там меня принял наш президент Роберт Кочарян: я подарил ему перчатки, в которых стал чемпионом. Мы с ним хорошо поговорили — оказалось, он следит за всеми моими боями. Затем министр обороны Микаел Арутюнян вручил мне медаль. В общем, принимали на самом высоком уровне. Но вообще в Ереване мне приходится сложно: по улицам спокойно ходить не могу — люди узнают, обнимают, просят автографы. И застолья каждый день.
Между прочим, на мои бои и из Армении многие приезжают. Когда боксировал за звание чемпиона мира, в Германию прилетели четыре министра, губернатор и сын президента Седрак Кочарян. Москва направляет свою «группу поддержки». В ней всегда мой дядя Гагик Адибекян, возглавляющий один из московских бизнес-центров.

— А вы в Москву выбираетесь?
— Да, часто. Удивительный город! Народ гостеприимный, душевный, открытый. У меня в Москве настроение хорошее. А в Германии — не всегда.

— Но ведь немцы вас очень любят, вы добились в этой стране большого успеха…
— В Германии у меня работа. А дома я в Ереване.

— Интересно, припасены ли в вашей берлинской квартире хоть несколько бутылок знаменитого армянского коньяка?
— Разумеется. В том числе есть и специальный коньяк «Артур Абрахам» . Его делают в Армении, а продают и в Ереване, и в Берлине.

— Это ваш бизнес?
— Нет, больше реклама. Мой главный бизнес — это бокс.

— В следующем бою вам предстоит сразиться с вашим же соотечественником Хореном Гевором, выступающим за гамбургский клуб Universum. За кого будут болеть в Армении?
— Мои друзья — за меня, те, кто знает Хорена, — за него. А вообще этот вопрос надо задавать не мне, а армянским болельщикам. Кстати, мы с Гевором в юности вместе тренировались. Хороший боксер. Но свой титул отобрать не дам.

В СУДЕ ЗАСТУПЛЮСЬ ЗА ТРЕНЕРА

— По итогам 2006-го вас в Германии назвали боксером года — вы опередили в рейтинге как Кличко, так и Валуева. Все были под впечатлением от вашего боя с колумбийцем Мирандой, когда вы победили, несмотря на сломанную челюсть. Что вспоминаете сейчас о том поединке?
— Еще до боя Миранда вел себя отвратительно, болтал всякую чушь, а на взвешивании с наглым видом провел ребром ладони по своему горлу — пытался запутать. Но кто его боялся! Дрался Миранда очень грязно — шесть раз ударил ниже пояса. Явно хотел вывести меня из равновесия. И не брезговал никакими приемами: второй перелом челюсти я получил после его удара лбом. Конечно, чувствовал я себя плохо, но голова была ясная. Вообще на ринге самое главное — чтоб голова работала.

— Говорят, на ринге боец не испытывает боли?
— Неправда. Мне было очень больно. Страшно больно. Но если хочешь стать чемпионом мира, надо терпеть. И, несмотря ни на что, владеть инициативой.

— Насколько известно, ваш бой с Мирандой хотели остановить…
— Да. Но я сказал, что хочу драться.

— В Германии многие обвиняли вашего тренера Ули Вегнера в том, что он, видя, в каком вы состоянии, не прервал бой.
— Более того, какой-то врач на него подал в суд. Но Вегнер был прав, и я докажу это в суде. Мой тренер хорошо знает, что я могу выйти на ринге из любой ситуации.

— Но с двумя переломами челюсти и сильным кровотечением боксировать наверняка было опасно!
— Бокс вообще опасный спорт.

— Видели ли бой с Мирандой ваши родители?
— Отец находился в зале. А мать была в Ереване, смотрела трансляцию. После четвертого раунда, когда я получил травму, она, бедная, выключила телевизор. Даже не знала, что у меня сломана челюсть. Папа потом все время что-то придумывал, чтобы ее успокоить.

— Как долго вы пробыли в больнице?
— Неделю. Мне ведь сразу после боя сделали операцию. Только на следующий день смог связаться с родителями по телефону. Говорить мне тогда было уже почти не больно. Врачи все сделали здорово. Оперировавшему доктору я подарил свой лавровый чемпионский венок. Он даже прослезился.

— Говорят, Миранда хотел навестить вас в больнице?
— Да его бы никто не пустил! Убили бы! Ну, в общем, появись он в больнице, мягко говоря, нарвался бы на большие неприятности. Я же видел, как сразу после боя болельщики бросали в него бутылки.

СНАЧАЛА БЫЛ ВЕЛОСИПЕД

— В Германии вас называют Королем Артуром. Но точно так же величали здесь и многократного чемпиона мира WBO в легком весе Артура Григоряна. Получается, два Короля Артура?
— Григорян уже не дерется. Остался один Король Артур.

— Григорян работает сейчас в гамбургском клубе Universum и, наверное, будет помогать вашему следующему сопернику Хорену Гевору.
— Посмотрим. Вообще мы с Артуром хорошо знакомы и очень друг друга уважаем.

— Григорян был одним из первых боксеров бывшего СССР, оказавшихся в Германии. Как попали сюда вы?
— В 1995 году мы с родителями и братом приехали в Бамберг, где жили наши родственники. Тут я и начал заниматься боксом в небольшом клубе.

— Почему именно в Германии надели перчатки?
— Увидел по телевизору бои Майка Тайсона и захотел стать таким, как он.

— До этого в Армении разве не боксировали?
— Нет, увлекался велоспортом.

— Успехи были?
— Выигрывал первенство Армении среди ровесников, стал призером нескольких многодневок в Германии. Но чувствовал, что стать чемпионом мира мне не светит. А очень хотелось. Поэтому и решил поменять вид спорта. Кстати, в боксе довольно быстро вышел на свой велосипедный уровень и несколько раз побеждал в чемпионате Армении. Было это уже после 1999-го, когда семья вернулась в Ереван. И лишь в 2003-м снова поехал в Германию — захотел стать профессиональным боксером.

— Как попали в команду Зауэрланда?
— Сам пришел на занятия к известному немецкому специалисту Ули Вегнеру и попросил: «Возьмите меня». У него как раз тренировался чемпион мира Свен Оттке, и вскоре я стал его спарринг-партнером. Старался вовсю — так что у Оттке даже были проблемы в тренировочных боях со мной.

— Посылали его в нокдаун?
— Не имею права рассказывать, что там было. Но, главное, Вегнер увидел, что я умею, и вскоре взял в команду.

БОРОЛСЯ С ВАЛУЕВЫМ

— Как вы потом проявили себя на ринге, известно. Но успели отметиться уже и в качестве телекомментатора. Запомнилось, как вы анализировали по германскому телевидению бой Валуев — Барретт.
— Я хорошо говорю по-немецки, ведь учился здесь в школе. Да и вообще я не из трусливых — не боюсь ни микрофона, ни перчаток соперника.

— Кстати, о Николае Валуеве — вашем партнере по команде Зауэрланда. Удастся ли россиянину вновь завоевать чемпионский пояс?
— Николай — очень сильный человек, он вернется. У него крепкий характер, огромное желание побеждать.

— Это правда, что у вас самый сильный удар среди боксеров вашей категории?
— Так говорят. Во всяком случае, когда удачно прикладывался, всегда посылал соперников в нокаут. Замерял и силу удара — она составляет 380 кило.

— А какой силы в таком случае правый прямой Валуева?
— Не знаю. К счастью, на себе не испытывал. Хотя и выходил с Николаем на ринг.

— Нет, против Николая не боксировал — он все-таки в два с лишним раза тяжелее меня. Зато с ним… боролся. В шутку, конечно. Он такой большой, сбить его в партер невозможно. Коля стоял как скала, но мне иногда удавалось на него залезать и даже делать захваты. Правда, он меня тоже «обнимал». Вообще Николай — добрый, вежливый человек. И очень уважаемый. Настоящий мужик. Уступил Чагаеву — и тут же сказал: «Да, я действительно проиграл». Не все боксеры так могут.

ВЫЙТИ НА РИНГ БЕККЕР ОТКАЗАЛСЯ

— После скандального боя с Мирандой и вы, и колумбиец заявляли, что хотели бы вновь сразиться друг с другом. Однако Миранда недавно проиграл Келли Павлику. Что теперь?
— Я все равно буду драться с Мирандой, но не сейчас. После нокаута от Павлика ему шесть месяцев нельзя выходить на ринг. Признаюсь, очень хочу еще раз его победить.

— А как вам Павлик?
— Они с Мирандой не боксировали — дрались… Но Павлик, конечно, силен. Впрочем, все, кто на таком уровне, хороши.

— Какие у вас планы после боя с Гевором?
— Думаю, в конце года буду боксировать в Америке. Лучше всего было бы сразиться с Джермейном Тэйлором. Я хочу собрать все четыре чемпионских пояса.

— Вы в Германии очень популярны. С кем здесь из мировых знаменитостей встречались?
— Когда Мохаммед Али был в Берлине, он подарил мне свою книгу. На светских тусовках частенько пересекаемся с Францем Беккенбауэром. Кайзер всегда мне повторяет: «Хочешь стать большим чемпионом — надо идти сквозь стены, преодолевать все препятствия, всего себя отдавать делу». Не раз на свои тренировки меня приглашали футболисты сборной Германии. Между прочим, и бундестренер Иоахим Лев, и игроки нередко приходят на мои бои.

— А с Михаэлем Шумахером встречались?
— К сожалению, нет. А хотел бы с ним поговорить, тем более что обожаю быструю езду. На своем «мерседесе» разгоняюсь до 280 километров в час… А вот с Борисом Беккером общался. Даже в теннис с ним однажды играл. А потом предложил выйти на ринг. Но Борис почему-то не согласился.

Ефим ШАИНСКИЙ, газета «СЭ в Украине»

Posted on 2 апреля, 2012 at 09:19 in гордимся   |  RSS-лента